Азов: стихи АЛЕКСАНДРА ВЕЛИКОГО

              Илья Эренбург как-то заметил:

… Я с ранней юности по сей день влюблен в русский язык. Мне кажется, что он как будто создан для поэзии… Он обладает свободой, не существующей в других известных мне языках; от перестановки слов в фразе меняется смысл. Есть языки с музыкальным ударением на различных слогах, я осмелюсь сказать, что русский язык обладает лирическим ударением на том или ином слове. Свобода, отсутствие обязательного уточнения, рождающегося в западноевропейских языках от жесткости синтаксиса, отсутствие артиклей – все это представляет писателю безграничные возможности: перед ним не истощенные почвы былых веков, а постоянная целина…

Сегодня мы представляем две серьезные, напрочь «сносящие башку», поэтических работы нашего земляка АЛЕКСАНДРА ВЕЛИКОГО.  

Ёмкие и серьезные работы, заметим мы вам. Это именно та Поэзия, которая дополняет глубину русской Поэзии, как таковой.  

Добавим мысль писателя Евгения Винокурова:

... Для меня поэзия — это прежде всего мысль. Поэзия — верховный акт мысли.

К этому трудно что-то добавить. Читайте стихи российского поэта АЛЕКСАНДРА ВЕЛИКОГО…

 ОНИ ВЕЛИ МЕНЯ…

Они вели меня по городу,

Из некто становясь никто.

Под бельевой провисшей проволокой

И сохнущим на ней пальто.

По перерытым переулочкам,

Замаскированными в грязь.

С губами, свёрнутыми трубочкой,

Вперёд немного наклонясь.

Несмело загибали за угол,

Так чая встречных не встречать.

Мы были городскими маугли

И мы искали свой причал,

Ни с кем в округе не здороваясь,

Упрятав бошки в капюшон.

Запараллеленный заборами

Вёл тротуар куда-то вон.

Стараясь быть никем не узнанными,

Как баржи с брюхом на мели,

Зауженных проулков узники

Брели-брели-брели-брели-брели…

Аллеями не шли – летели мы,

Всё больше мимо задних стен,

Дворами с ржавыми качелями,

Уставшими ждать перемен.

По закоулкам перекошенным,

Вдоль лавок с семечной лузгой,

Где бабушки – солдаты прошлого –

Последний доедали бой.

Меня вели – меня не спрашивали –

Таким путём, что в жилах лёд, –

По стройкам мимо кранов башенных,

Где даже крыса не живёт.

Мы одним махом перепрыгивали

Окопы резанных дорог.

И только ножками подрыгивали,

С них отряхая пыль и смог.

Мы шли… 

И шли не останавливаясь,

Углы срезая вкривь и вкось.

Саманных домиков со ставнями

Нам избежать не довелось.

Плелись цементною промзоною,

Где ветер тень свою искал,

Заброшенными полигонами

С гудронным ароматом шпал.

Они вели меня задворками.

И иногда сквозь ели лап

Сами себе казались ворами,

Покинувшими свой этап.

Гнало нас ветром и поверием

То за грудки, а то взашей,

Заброшенными, обездверенными

Рядами мёртвых гаражей.

Не уповая на удачу, мы

Тащили тощие тела

То огородами, то дачами,

То пепелищем без тепла.

Зигзагом пёрли между лужами.

Где плохо – значит хорошо.

Причалами, гудком контуженными,

И шелудивым камышом.

И только облачное кружево

Бодрило кучевым кивком.

Мы были никому не нужные,

И не нуждались мы ни в ком.

Они вели меня, вели меня

Царём, покинувшим престол,

Монашествующим с веригами

К реке, отвергнувшей исток.

Они вели меня на каторгу

Моей непринятой судьбы,

В любви мне признаваясь матами,

Рыдали не-любви рабы.

Они вели меня неведомо

Куда, зачем и почему.

Ведомые чужими бедами,

Их не подвластными уму.

Я шёл – согбённо, но не сломлено –

Вдоль свалок со смердным душком,

Омытыми вороньим гомоном

И кислых ливней потрошком.

Туда, куда они вели меня,

Я молча шёл, скопивши сил,

И лишь немысленно верлибрами

Свою Поэзию творил.

Нас не пугала и не трогала

Опасная сия стезя,

Где бродит смерть вокруг да около,

А обойти её нельзя.

Не зная этого наверное,

Всё ж ожидали там приют,

И теплили под сердцем веру мы

В перерождение минут.

Ни разу не встречаясь взглядами,

Шарахаясь от лая свор.

Где по-хорошему не надо бы,

Ползли в бульдозерный пролом.

Котельная труба с растяжками

Собой чинила нам препон.

Легко ли было или тяжко нам – 

Мы думали понять потом.

Бедовыми и невезучими

Порой узлы вязались троп,

Споткнуться где – так дело случая,

А раз упасть – так в юшку лоб.

Как потерявшие пристанище,

Торчали тонкие столбы;

Заливы, лодочные станции,

Цепные люльки у воды.

Они вели меня немилостно,

Как будто времени в обрез,

Песками с тополиным выростом,

Районом a la Père Lachaise

С его усталыми сожителями,

Сквозь беспросветные огни.

Прошу вас! Кто-нибудь! Скажите мне,

Кто были ВЫ? или ОНИ?

Не зная жалости и роздыху,

Дымили губы без огня.

Один вопрос кружился в воздухе –

КУДА вели они меня?

Но стыло эхо глупым выстрелом

Среди бетоновых глыбин.

Остановился я – и высмотрел,

Что я иду совсем один…

10…14 января 2020 года

АЗОВСКИЙ ДИССОНАНС

1.
 Мы дышим осенью,
 На ладан.
 Покрыт я проседью -
 И ладно.
 А город тот же,
 Всё такой же.
 Еще моложе,
 Чем он был.
 Он разрушением не тронут.
 Ужасный рай,
 Прекрасный омут.
 Я по нему с довольной рожей
 Иду, пока хватает сил.

 

По кандауровским проулкам,
 Сквозь запахи листвы и булки,
 Не опасаясь черной мурки,
 Сквозь шум базарной толчеи,
 Как я - такие же "коллеги",
 Полудрузья, полукалеки,
 Но все же люди - человеки,
 Текут прохожие ручьи.

 Когда Азовом ты пропитан,
 Когда им жив, или убит им,
 Когда в любой вплетаешь ритм
 Его осенний диссонанс,
 Тогда меня поймёшь вполне ты,
 Что нет родней клочка планеты,
 Чем тот, где мамы дни и леты
 Душою молятся за нас.

21 ноября 2015 г.
 

2.
 Здесь в ноябре бывает лето.
 Река и берег неодеты.
 Галдя и глядя на всё это,
 Картаво квохчет вороньё.
 Здесь иногда бывает мутно
 Дышать. И верить не уютно.
 Но сквозь расстрелянное утро
 Ползет туманное "моё"...

 

Здесь ты - когда-то незнакома -
 Спешила в дом или из дома.
 И мы не раз скрещали взоры
 И бились локтем в толпах рук,
 Ещё себя не узнавая,
 Ещё судьбу не принимая,
 Топтали закоулки рая
 И веру мнили за испуг.

 Ещё не знали мы Парижа,
 Но с каждым днём друг другу ближе,
 Как голуби на разных крышах,
 Решив одно гнездо сплести,
 Слетаются в один чердачный,
 Запыленный и неудачный,
 Зашиференный и наждачный
 Мирок - чтоб жизнь свою спасти...

 

О, эта осень!
 Кто ты? Где ты?
 Зимы предтеча,
 Гибель лета?
 Как гепатит желтишь планету,
 Да нет толковых докторов.
 И остаётся ждать ремиссий.
 В белиберде нащупав смысл,
 Писать - запёкшиеся мысли,
 Порою, весь ночной улов.

 Мы ложным тешимся покоем,
 Что всё разорваное скроем
 И мудростью башку покроем,
 И примем всё,
 И всех поймем.
 На самом деле, толку мало,
 С финалом путая начало,
 Брести багровым одеялом
 И просыпаться под дождём...

23 ноября 2015 года
 
 3.
 Слова и музыка! До края
 Зачем меня переполняя,
 Душу лишаете играя,
 Такой спокойной маяты?
 Не видеть, не вдыхать, не жаждать
 Глубин - не познанных однажды.
 О, неужели нет, родная,
 Спасения от красоты?

 А есть ли счастие в спасеньи?
 Субботами и в воскресенье
 Остановить своё броженье
 Никак не сможет идиот,
 Израненный нестройной лирой,
 Раздетый на потеху миру.
 В его больном воображеньи
 Иные мир,- и он живёт...

7 декабря 2015 года
 

 4.
 Как просто -
 Сдаться рек теченью,
 Приняв подложное ученье
 О неизбежном заточеньи
 За истину. И сделать круг
 Рукою в свитерной попоне.
 И убегая от погони,
 Судьбу свою не проворонить,
 И сердцем не услышать звук

 

Ближайшей гибели...
 А осень
 Сама себя ветрами сносит,
 Пытаясь старческую проседь
 Заретушировать листвой.
 Родная! - это бесполезно.
 Азов - бродяга мой болезный,
 Ужель тебе ли не известно,
 Ей светит сникнуть головой...

 

А мне?!
 Не на твоей груди ли? -
 Не лги! Глаза в глаза скажи мне -
 Улечься навсегда под ливнем
 И мне когда-то суждено?
 Но стоит ли грустить об этом?
 Мы видели законы света -
 После зимы приходит лето,
 И ретранслирует окно

 

Документальные метражки,
 Тоскливые многоэтажки,
 И птиц потешные замашки
 Размахом крыльев всё обнять:
 И дельты Дона сеть каналов,
 И край не помнящий начала,
 И лиственное покрывало.
 Не получается понять...

 ... какой судьбою нас венчали,
 Зачем нас осенью зачали,
 И есть ли шансы без печали
 Хоть каплю счастья обрести?
 Азов! Уже ли нам расстаться?
 Но значит - навсегда остаться?
 Гитарой содранные пальцы
 Сгибаются до десяти...


18-19 декабря 2015 года
 

 5.
 Меланхоличность...
 Синеглазость...
 И беспричинная усталость -
 Пожалуй всё, что нам осталось
 От раскуроченных Основ
 Отеческих глубоких знаний
 О мире, полном колебаний
 От крайности до пониманья
 Яви, отличной ото снов...

 И в этом есть ответы: кто ты?
 Зачем все облака, как ноты?
 И почему вдоль асимптоты
 Брести нам со слепу на свет?
 А главное - принять, как вето,
 Что сам вопрос "зачем нам это?"
 Имеет множество ответов,
 Но каждый из ответов - бред...

 Давай-ка выйдем в переулки!
 Пройдём корявым закоулком,
 Через бордюры, лужи, люки
 Проскачем, ног не замочив.
 И добредя пустой аллеей
 До безрогатого оленя,
 Мы вдруг прислушаться посмеем
 В прекрасной осени мотив...

01 февраля 2016 года

2015–2016